Автор Тема: "Курск" - атомоход ВМФ России  (Прочитано 2846 раз)

П. Л.

  • Учитель
  • Сообщений: 526
"Курск" - атомоход ВМФ России
« : 15 Октябрь 2000, 04:00:00 »
Трагедия с подводной лодкой "Курск" открыла глаза на очень многие недочеты в службах обеспечения нормального функционирования кораблей такого класса.

Кроме того, менталитет тех, от кого зависит направленность действия оружия, обладающего столь разрушительной силой, должен соответствовать занимаемой должности.

Ставить милитарийский апломб выше безопасности является безответственным решением, которое способствовало развитию ситуации, а она и привела к столь печальному финалу.

Как вы думаете, русская поговорка о "слоне в посудной лавке" написана случайно или этому предшествовали какие-то печальные события? При внимательном осмыслении всё в деле "Курска" становится очевидным.

Как же можно было атомоход подобного класса включить в маневры, пусть и с ограниченным радиусом действий, если глубина акватории находится на отметки около ста метров?

"Курск" - океанский корабль, и заниматься боевыми стрельбами, маневрами среди других судов - либо преступное недомыслие, либо злой умысел. У него ведь не было оперативного простора, достаточного радиуса разворота, а было жесткое ограничение по глубине, что никак не способствовало выполнению норм элементарной безопасности и даже препятствовало этому.

Провести этого гиганта подводного флота в сопровождении специальных надводных кораблей и по заранее намеченному фарватеру - это одно.

Но то, к чему принудили погибший экипаж атомохода, используя воинскую дисциплину и чувство долга - совсем иное дело. А неким высшим чинам просто захотелось блеснуть возможностями этого подводного крейсера, поиграть торпедными "бицепсами", тем более что они являли собой реальную силу.

"Правда, - бегали мыслишки тех руководителей, - кое-что недоделано, переделано... - но это неважно, главное - стрельнуть, доложить, и правильно поданный эксперимент обернется значительными дивидендами".

Можно принять условие, что военные моряки, а особенно подводники, всегда находятся на грани риска, но ведь риск бывает оправданным, необходимым. И было ли желание эффектно тряхнуть ракетными мощами перед НАТОвским вниманием столь уж нужной акцией?

Хотелось бы, чтобы в этом вопросе обязательно разобрались, ведь играть чужими судьбами, а порой и жизнями, гораздо легче, чем быть ответственным за свои приказы. Хотя они-то должны всегда диктоваться необходимостью, а не прихотью.

И еще одно соображение: почему вопрос о героизме моряков ставится только в одной плоскости, а именно патриотической? Ведь потребность героизма одних базируется на глупости других. Не будет идиотов, не будет нужды и в героях.

Так вот, другой плоскостью этого вопроса должна стать правовая защищенность военных людей, вынужденных зачастую действовать без осмысления, по приказу, что и приводит, к сожалению, не редко к подобным трагедиям. Теперь о том, что же все-таки случилось с "Курском".

Всем известен самолет, который был построен в соответствии с системой "стелс". Военные инженеры из блока НАТО начали рассматривать эту идею относительно подводных лодок. Разработки касались не столько внешних форм, сколько лазерной электроники, способной создавать силовое поле, в котором луч радара не получает искажения при обратном сигнале.

Такой системой "подводный стел-с" и была снабжена одна из лодок НАТО, предварительно оповещенных нашими военными в связи с маневрами и кучно курсирующих в час "икс" вокруг запретной зоны. Предварительные испытания показали, что такой "стел-с" работает.

Правда, также нуждается в доводке, но специалистам уж очень хотелось испытать достоинства подводного корабля-невидики в условиях реального противника, тем более, что разведка доложила: "Курск" будет стрелять теми самыми торпедами, к которым имелся прямой интерес у НАТОвских военных.

Случай действительно был уникален. Где еще можно было подойти к нашему подводному крейсеру на близкое расстояние совершенно безнаказанно? Дело в том, что эта система подводного "стел-с" в открытом океане не давала требуемых результатов, а в сутолоке маневров, да еще и на такой глубине, был реальный шанс достичь желаемого.

И вот одна из НАТОвских субмарин, используя отовсюду идущие помехи от суеты учений и поэтому незамеченная российскими службами обнаружения, кралась на сближение с "Курском" для того, чтобы иметь возможность снять необходимые данные по запуску ракет и торпед с нашего крейсера.

Заняв наблюдательную позицию, "американец" замер. В это время на "Курске" приняли приказ с указанием диспозиции. Наша субмарина, невзирая на огромные размеры, обладала очень высоким уровнем маневренности. Поэтому когда она начала всплывать одновременно с движением по курсу, то "американец", оказавшийся на пути, невзирая на все принятые им меры, не успел уйти в сторону.

Видимо, НАТОвские лодки не так быстры, как наши или их моряки не так мобильны. Как бы то ни было, "Курск", хоть и по касательной, но все же ударил "американца". Нечто подобное было и в воздушном пространстве Франции, когда на показательных выступлениях произошло столкновение нашего лайнера, выполнявшем приемы высшего пилотажа, с небольшим самолетом, пилот которого не ожидал демонстрации таких уникальных способностей "русским".

Но вернемся к событиям недавнего прошлого. Отстрелявшись ракетами, "Курс" должен был сделать несколько пусков сверхскоростными снарядами, которые уже были в торпедных туннелях. Очевидно удар, пришедшийся именно по торпедному аппарату, вызвал детонацию, и мощный снаряд взорвался внутри корпуса лодки.

Именно поэтому НАТОвская лодка не пострадала от этого взрыва - ее спас сверхпрочный корпус нашей субмарины. Разрушения от сработавшей торпеды оказались значительными и наша лодка, потеряв остойчивость, пошла носом вниз, на дно. Там, в результате второго удара - о поверхность морского дна корпусом, произошла еще одна детонация, которая вызвала взрыв уже нескольких торпед, находившихся в состоянии готовности.

Мощность взрыва разорвала носовую часть судна и в результате этого лодка оказалась почти полностью затопленной. Экипаж на восемьдесят процентов погиб мгновенно. Остальные скончались от удушья и переохлаждения в течении следующих суток. Поэтому разговоры о том, что экипаж можно было бы спасти, не выдерживает никакой критики. За оставшееся время имеющимися в наличии средствами ничего сделать было нельзя.

Однако речь надо вести о другом. Почему не были предусмотрены средства экстренного спасения? Почему их не оказалось на месте в тот трагический момент? И дело тут не в том, что, мол, люк все равно был поврежден, наш вопрос о другом. Мы говорим: почему устроители того военизированного спектакля не позаботились о безопасности участвовавших в нем людей, их жизнях? Почему об этом не было слышно ни слова?

"Трагическая случайность". Случайностей не бывает! И то, что кажется или хотят представить случайностью, всего лишь непознанная закономерность. Халатность же должностных лиц превратила ее в трагедию, которая отозвалась затяжной болью в сердце русского народа. А "американцы"? Они ушли, виляя галсами и путая следы. Ведь та самая лодка, о которую ударился "Курск", была также повреждена и ей надо было спасаться.

Не будем осуждать поведение моряков НАТОвской субмарины. Это военное противостояние - наш крест. Кстати, случай неумеренной активности американцев произошел сравнительно недавно в воздушном пространстве Китая, когда столкнулись самолеты этих стран на территории поднебесной, в темпах развития которой "полицейский планеты" видит угрозу собственному благополучию. Но это вопросы не наши, а других стран.

Однако увидеть себя в том трагическом морском эпизоде нам необходимо. Этого требует как прошлое, так и будущее.

П. Веденин, 2000